Известное российское издательство «ЮРАЙТ» в серии книг «Антология юридической мысли» предоставило нам исключительную возможность ознакомиться с избранными речами видного русского юриста, талантливого адвоката, сама фамилия которого стала синонимом адвоката высочайшего класса — Федора Никифоровича Плевако. Если кому-то требовался хороший адвокат, то говорили «НАЙДИ СЕБЕ ПЛЕВАКУ», связывая с этим словом-именем представление о защитнике, на мастерство которого можно было надеяться в полной мере.

Журнал «ПРАВО» за 1908 год сравнил Федора Никифоровича с Пушкиным: «Плевако был гениальным русским оратором. В этой области он был для нас то же, чем был Пушкин для русской поэзии. Как после Пушкина стало трудно быть русским поэтом, так после Плевако стало трудно быть русским оратором».

Вся Россия прошла перед великим адвокатом в судебных процессах и наложила на него свой отпечаток. А это и звон колоколов в московских храмах, и религиозное настроение москвичей, и богатое прошлое русского народа и обычаи тех лет, рабочие и крестьяне, промышленники и финансисты, поместное дворянство и князья, духовники и военные, студенты и революционеры – все те, кто верил в силу его могучего слова и необыкновенность его личности.

Федор Никифорович Плевако действительно отличался не обыкновенностью. Так само его происхождение долгие годы держалось в тайне. Почему, спросите Вы? По его желанию. 25 апреля 1842 года в городе Троицке Оренбургской губернии(ныне Челябинская область) родился Федор Никифорович Плевако. Его отец надворный советник Василий Иванович Плевак, литовец по происхождению, был сослан в провинцию за участие в польском восстании и служил в местной таможне Троицка. Мать – крепостная служанка, приписанная ко двору начальника таможни, казашка по национальности, Екатерина Степанова. Это был брак по любви, а не по закону. Как незаконнорожденный будущий «гений слова» получил отчество и фамилию по имени Никифора Николаева – крестного отца своего старшего брата.
В 1851 году, выйдя в отставку, В.И.Плевак со своей внебрачной семьей переехал в Москву, надеясь дать двум сыновьям достойное торговое образование. Однако статус внебрачных детей не дал братьям Плевак возможности учиться и закончить Проучившись год в Московском коммерческом училище, они были исключены( как незаконнорожденные) и продолжили учебу в обычной гимназии.

После окончания гимназического курса, в сентябре 1859 года, Федор Плевак стал студентом-вольнослушателем Московского университета, выбрав мало популярный в те годы юридический факультет. Тогда же ему удалось с помощью ректора университета выхлопотать разрешение русифицировать польско-литовскую фамилию Плевак за счет добавления буквы «о», причем называл себя с ударением на этой букве… Так появилась фамилия Плевако. Из вышеприведенного следует, что у него три фамилии: Никифоров, Плевак, Плевако.

Окончил курс на юридическом факультете МГУ и получил степень кандидата прав в 24 года. В 1870 году Плевако поступил в сословие присяжных поверенных округа московской судебной палаты.
Первые судебные речи Плевако сразу обнаружили огромный ораторский талант. В процессе полковника Кострубо-Корицкого, слушавшемся в Рязанском окружном суде(1871 г.), противником Плевако выступил известный присяжный поверенный князь А.И. Урусов, страстная речь которого взволновала слушателей. Плевако предстояло сгладить неблагоприятное для подсудимого впечатление. Резким нападкам он противопоставил обоснованные возражения, спокойствие тона и строгий анализ улик.

Во всем блеске и самобытной силе сказалось ораторское дарование Плевако в деле игуменьи Митрофании, обвинявшейся в московском окружном суде (1874) в подлогах, мошенничестве и присвоении чужого имущества. В этом процессе Плевако выступил гражданским истцом, обличая лицемерие, честолюбие, преступные наклонности под монашеской рясой.

Обращает на себя также внимание речь Плевако по слушавшемуся в том же суде, в 1880 г., делу 19-летней девушки, Качки, обвинявшейся в убийстве студента Байрошевского, с которым она находилась в любовной связи. Классикой стало дело о проворовавшемся священнике. Плевако заключил пари с фабрикантом-меценатом С.Т.Морозовым, при свидетеле В.И. Немировиче-Данченко, о том, что он вместит свою защитительную речь в одну минуту и священника оправдают. Вина подсудимого была доказана. Священник признал свою вину. Свидетели подтвердили факты кражи. Прокурор произнес убийственную для обвиняемого речь. В.М. Плевако весь судебный процесс просидел молча, не задал никому из свидетелей ни одного вопроса. Когда же наступил его черед, он обратился к присяжным с характерной для него задушевностью и сказал только одну фразу :«Господа присяжные заседатели! Более двадцати лет мой подзащитный отпускал вам грехи ваши. Один раз отпустите вы ему, люди русские !». Присяжные оправдали священника.

Противники Плевако по судебному процессу пытались действовать его же методами. Так, в знаменитом деле о старушке, укравшей чайник, прокурор, желая заранее парализовать эффект защитительной речи Плевако, сам высказал все возможное в защиту старушки(сама она бедная, кража пустяковая, жалко старушку), но подчеркнул, что собственность священна, нельзя посягать на нее, обо ею держится все благополучие страны, и «если позволить людям не считаться с ней, страна погибнет». Поднялся Плевако:« Много бед, много испытаний пришлось претерпеть России за ее больше чем тысячелетнее существование. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Двунадесять языков обрушились на нее, взяли Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь… Старушка украла жестяной чайник ценою в 30 копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет». Старушку оправдали.

Участие во многих уголовных процессах, по тем или иным причинам оказавшимся в эпицентре общественного внимания, сделало его имя широко известным.

Народный кумир, слава и гордость России получил прозвище «московский златоуст». Вел и крупные политические процессы, в том числе по Морозовской стачке 1886 года. Всегда отстаивал свободу, честь и достоинство человеческой личности, не пренебрегал и защитой простых, как тогда говорили, маленьких людей, блистая на этих процессах своим красноречием ничуть не меньше, чем на громких делах.

Остроумие, находчивость, способность мгновенно отреагировать на реплику противника, ошеломить аудиторию каскадом неожиданных образов и сравнений, к месту проявленный сарказм – все эти качества присущи Плевако. Половина подсудной России перебывала у него в кабинете. Его слава не угасала до самой его смерти.
Имя Плевако знала вся Москва, вся Россия, вся Европа. Многие москвичи считали, что в столице есть пять главных достопримечательностей: Царь-колокол, Царь-пушка, Собор Василия блаженного, Третьяковская галерея и Федор Плевако.

23 декабря 1908 года, на 67 –м году жизни, в Москве, умер Федор Никифорович Плевако. Вся великая Россия откликнулась на его уход из жизни. 24 декабря 1908 в одной из газет написали :»Вчера Россия потеряла своего Цицерона, а Москва- своего Златоуста».

Прочитав речи, вошедшие в сборник, вы поймете, что это речи высочайшего класса юриста-профессионала, глубокого психолога, проникающего в сокровенные тайники человеческой души, знатока общественных нравов.
Разгадка славы Плевако очень проста: он был обыкновенный гений. Гений судебного красноречия, гений судебной защиты.